#

Конфликт вероятного и действительного

 

Директор НП «Объединение «ДОРМОСТ»  Кирилл Иванов

 

 

Не секрет, что более 70% стоимости любой дорожной стройки составляют строительные материалы. В дорожном строительстве это песок, щебень, битум, асфальт, геоматериалы. В мостовом строительстве это еще и металл, бетон, цемент, краска…
Анализ государственного заказа региона Санкт-Петербург - Ленинградская область показывает, что суммарная потребность в строительных материалах только для дорожного строительства находится на уровне 45-60 млрд рублей.

Фактическая схема закупки государственными заказчиками строительных материалов происходит через подрядчика. Но здесь и происходит тот самый конфликт вероятного и действительного.

О несовершенстве государственной политики ценообразования и о возможной альтернативе существующей системе мы беседуем с директором НП «Объединение «ДОРМОСТ», Кириллом Ивановым.

 

 

В чем, на ваш взгляд, состоит основной недостаток схемы формирования цен на рынке закупок строительных материалов?

 

КИ: Государство тратит значительные средства на систему мониторинга рынка, систему ценообразования, которые, хотя и неэффективны в силу своей косности и ангажированности, но являются законодателями и регуляторами взаимоотношений для участников госзаказа. Из года в год руководством страны, регионов ставится задача снижать стоимость строительства. А как это сделать? Единственно возможный ресурс – директивный.  То есть сказать, что это стоит столько и все.

 

Но ведь строительный бизнес, как и любой бизнес, живет условиях свободного рынка, где цены формируются в зависимости от множества экономических процессов; в случае с дорожно-мостовым строительством присутствует еще и такой фактор, как сезонность.


КИ: Да, но в нашей реальности существуетсовершенно нерегулируемый государством рынок производства стройматериалов, который реагирует на сезонный спрос, рыночную конъюнктуру, тарифы естественных монополий, пытается отвечать запросам собственников и прочим процессам потребностей развития производства. При этом и государство, и рынок в определенной степени игнорируют друг друга. Государство, видимо, считает, что оно осуществляет полноценный мониторинг, и только данные его мониторинга являются догмой для всех, особенно, если учесть желание государства как заказчика видеть стоимость материалов низкой. А рынок так не считает: не хочешь – не покупай.

И вот между этим молотом и наковальней и оказываются строители, подрядчики, работающие по госзаказу. Все риски оказываются в их сфере ответственности.

 

А что мешает представителям нашего государства опираться на данные мониторингов различных и независимых исследований, как это происходит за рубежом, и потом непосредственно участвовать в  регулировании цен, имея объективные данные?

 

КИ: Если мы посмотрим смету строительства где-нибудь в Германии, Нидерландах, или США, то мы увидим составляющую: 1 – продукция по каталогам производителей, и составляющую 2: стоимость работ исполнителя. И сопоставление, и снижение возможно только в рамках этих двух позиций. Либо меняй поставщика, либо – исполнителя. Ну а заказчик ориентируется только на свой карман. Другое дело, что у центров мониторинга нет законодательной функции. Они лишь наблюдатели и формируют некий банк данных по объектам-аналогам. Они могут для формирования бюджетного процесса дать представление о возможной стоимости строительной продукции по объектам-аналогам. Но и там не всегда есть попадание. Например, в Германии и Италии в прошлом году цены на основные материалы (бетон, цемент, металл) выросли  почти на 15%. От этого никто не застрахован.

 

Приведите, пожалуйста, пример того, как происходит расчет стоимости в рамках нынешней системы центров ценообразования.

 

КИ: Например, песок. Конкурсная документация была составлена в январе, когда в силу сезонности цена была минимальной на уровне 300 руб./м3. При этом был применен индекс-дефлятор, который государственные органы директивно установили на уровне 1. То есть проигнорировали существующую инфляцию. А в августе подрядчик покупает песок по 450 руб./м3, плюс доставка до объекта, но этот же песок заказчик у него принимает по 300 руб./м3 и точка. Ведь у него именно так был подсчитан, согласован и прошел экспертизу проект. Подрядчик говорит: «Уважаемый заказчик, если ты считаешь, что песок стоит 300 руб./м3, то предоставь мне такой песок». Все что говорит заказчик на это: «У нас подписан контракт. Выполняйте».

 

Какой вам видится альтернатива существующей системе ценообразования, и какую роль в ней должен играть заказчик?

 

КИ: Сегодня существуют наработанные биржевые механизмы, позволяющие любой товар, продукт покупать в любых объемах и на любых условиях, в любые сроки. Например, город Санкт-Петербург, имея адресную программу ремонта дорог, понимая ее физические потребности в основных строительных материалах, мог бы осуществлять от лица, например, Комитета по государственному заказу Санкт-Петербурга или КРТИ закупку необходимого объема основных строительных материалов в условиях «низкого сезона», с хорошей скидкой за счет объема, с системой удобной оплаты и пролонгации невостребованных объемов. Это позволило бы серьезно, а, главное – реально сократить стоимость строительных работ, имея не только многолетний биржевой контракт; не только зафиксировать стоимость материала, но и защитить эти затраты в бюджете.

В этом случае производители-продавцы смогут сформировать долгосрочные портфели заказов и сориентировать на них свои производственные мощности, ну а подрядчики, помимо того, что смогут избежать рисков неконтролируемого роста цен на основные материалы, смогут и заработать на строительно-монтажных и прочих своих профильных работах. Другое дело, что мы наконец-то сможем прийти к пересмотру расценок в части применения современных машин-механизмов и учету реальной стоимости труда.

 

Схема выглядит удобной и разумной. Почему, на ваш взгляд, она до сих пор не заработала?

 

КИ: Рассуждая на данную тему, следует, конечно, понимать, что биржевые закупки не панацея, а лишь один из действующих инструментов, которым некоторые ведомства уже используют в своей работе. Мы не призываем всех сразу переходить к новым формам, но опробовать этот инструмент, например, на текущем ремонте – можно: сформулировать объемы для закупки асфальтобетона таких-то марок, рецептов, в таких-то объемах, с поставкой в такие-то сроки на таких-то условиях. Заводы уже сами, имея портфель заказов, смогут выстроить взаимоотношения с производителями щебня и битума.

Конечно, возникнет масса всевозможных вопросов, типа «что если?..», но, все они, как мне кажется, находятся больше в технической плоскости. Я понимаю, что имеется определенный пласт бизнеса, зарабатывающего на перепродаже строительных материалов, который, безусловно, найдет массу возражений против предложенной схемы. Но и им ничто не мешает также стать участниками биржевых торгов.

 

Как можно, как стоит начать диалог на тему разработки и внедрения схемы закупки городом стройматериалов через биржу? Кто должны стать участниками этого обсуждения?

 

КИ: Инициатива должна исходить от тех, кто непосредственно вовлечен в процесс: строителей, некоммерческих организаций, представляющих и защищающих интересы отрасли, каковой и является НП «Объединение «ДОРМОСТ».
Для того чтобы начать предметный разговор, который может стать отправной точкой новой системе взаимоотношений заказчика, подрядчика, производителя и поставщика, нужны представители всех этих сторон. А государство обязано взять на себя роль регулятора взаимодействия всех участников рынка, в том числе – в части антимонопольной политики.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

     

 

Яндекс.Метрика